— Может вы и японские стихи знаете? — ехидно осведомилась свекровь.
— Конечно, — встала я из-за рояля и сделала вид, что вспоминаю, — Что бы вам такое прочитать... А вот, вспомнила:
Ночной камень...Ветер в облака...
Мне и сон...Закрыта дверь...
Лепесток упал...Сломалась ветвь...Губы...
Стон из воды...Излом судьбы...Тает снег пустота...
Дом извлек вздох...Ураган смелый...Обречен...Солнце...
Тишина, дамочки мои тихо дышат, глядят на меня. Одна достает платочек из кармана и вытирает глаза. Клавдия встает со своего места:
— Какая трагедия Марта, какая драма! Это очень красиво, я просто без слов, — выплескивает она восхищение, а меня накрывает смехом, который я пытаюсь сдержать, кусая губы. Как, объясните мне как, обычный набор просто слов, которые я придумала, стал вдруг шедевром, и какая там драма? О, Господи, мне нравится этот клуб до чертиков в голове.
— А это кто написал? — снова лезет свекровь.
— Все тот же Хируто Хараками, называется это хокку «Ледник» — сказала я, придумывая все на лету, главное, чтобы никто из них не полез все это искать в интернете, потому что там ничего нет, — Он был очень талантлив и мало известен за пределами Японии.
— Почему был? — спросила одна из дамочек.
— К сожалению, умер, — печально вздохнула я, — Отравился рыбой Фугу.
— Какой кошмар! — заволновались дамы, — Такой талант! Как печально!
Так, мой лимит на сегодня уже исчерпан во всем, остались только танцы с бубном.
— Мои дорогие, как у вас тут хорошо, замечательно! Я получила столько теплых эмоций, обязательно вернусь снова, но меня, к сожалению, ждет муж. Скоро вернется с работы, а мне еще нужно накрыть стол и сделать десерт в стиле Мишлен.
— О, — послышались возгласы.
— Конечно, Марта, мы очень рады, что вы нашли время уделить нам пару минут, — подхватила меня под локоток Клавдия и все направились в сторону холла, где я поочередно расцеловалась со всеми, вышла на крыльцо. Все дамы вывалились следом, а я не знала, что делать. По идее, точнее по этикету, за мной должен приехать водитель, а не такси. Вызывать такси при дамочках, мне не хотелось, а те и не думали уходить, восторгаясь теперь уже моей шляпкой.
— Марта? — услышала я голос и обернулась, облегченно вздохнула. Никогда не думала, что буду так рада видеть Игоря.
— Игорек, — кинулась ему на шею и тут же прошептала ему на ухо, — Возьми меня быстро на руки и неси в машину.
— Зачем? — оторопел тот.
— Делай как сказала! И еще поцелуй.
— Это, пожалуйста, — улыбнулся тот и впился своими губами в мои, подхватывая меня на руки.
— Ах, какая любовь! — послышались вздохи от крыльца, а я не отрывалась от губ Игоря, пока он нес меня в машину. Лишь там откинулась на сидение, куда он меня посадил и зашлась в хохоте, хватаясь за живот.
— Странная реакция на мой поцелуй, — надулся Игорь, садясь за руль и выезжая с парковки.
— Ох, Игоречек, — хохотала я, — Я тебя обожаю! А твою маму, просто дико люблю! — смеялась я до слез.
Глава 22. Игорь
Глава 22. Игорь
Сидел дома за компьютером, пока не устали глаза. Женщины куда-то уехали, причем обе и в разные стороны. Мой папа, по-моему, тоже решил жить у нас, они с отцом Марты смотрели футбол в гостиной. Папа, как всегда, привез кучу еды из дома и теперь сидели с пивом в руках расслаблялись, пока женщин нет дома. Мама бы их мигом разогнала.
Сходил в бассейн, немного потягал там гантели, поплавал, принял душ и заскучал. Первый выходной за неделю, а Марты нет. Куда они все подевались? Снова вышел в гостиную, где отцы затеяли спор по поводу какого-то забитого нечестно по их мнению гола.
— А где Марта? — спросил у ее отца и тот пожал плечами.
— Так они вроде собирались в этот, как его клуб Эстетики. Мать там каждые выходные проводит, — доложил мне отец.
— А что они там делают? — удивился я.
— Чай вроде пьют.
— Так уже почти вечер, а их все нет.
— Спроси, когда вернутся, — отмахнулся отец.
— Где клуб находится? Доеду, посмотрю.
Отец сообщил мне адрес, и я вышел во двор, выгнал машину, не гоночную, конечно, и поехал за Мартой. Думаю, от похода в кино она не откажется, да и вдруг там моя помощь нужна. Зная свою маму, не сомневаюсь, что Марту загнали в угол и теперь она отбивается от всех одна, без защиты. Представил плачущую Марту, всю в слезах, растрепанную в своих коротких шортиках и топике и нажал на педаль газа. Каково было мое удивление, когда увидел весь цветник, что столпился на крыльце и Марту, не похожую на себя. Но все забыл, когда Марта попросила ее поцеловать. Значит, договор немного нарушить можно или я что-то не понял? Что она так смеется, даже надулся, пока ехали домой.
— Ну что ты, обижаешься, пупсенок? — вытирает слезы от смеха Марта, — Ты бы видел их лица, — снова начинает похрюкивать, смеясь.
— Как ты меня назвала? — злюсь, — Пупсенок?!
— А что? — хлопает невинными глазками Марта.
— Ничего, — скреплю в ответ зубами.
Молчим, пока едем до дома. Около ворот останавливаю машину и поворачиваюсь к ней.
— Марта, ты, возможно, не поняла, как я к тебе отношусь? — смотрю серьезно, хмурю брови.
— А должна была? — удивляется она, — Ты попросил год брака, я хочу помочь папе или я что-то не поняла?
— Ты мне очень нравишься, особенно такая, как сейчас, — легко трогаю локоны и шляпку в волосах. Но Марта отстраняется.
— Если я тебе нравлюсь такой, Русацкий, то ты ошибаешься, — резко отвечает Марта и выбирается из машины.
Я иду за ней, виновато опустив голову, когда Марта резко останавливается и поворачивается ко мне.
— Поцелуй меня, Игорь, — гневно просит она, и я пугаюсь, чую какой-то подвох, но пока не могу понять в чем.
— Зачем? — дурацкий вопрос, согласен.
— Ой, все! — вскидывает руки Марта и открывает калитку.
Догоняю ее и хватаю за талию, прижимаю к себе и впиваюсь в губы.