— Сейчас подожди, — попросил друг, внимательно слушая речи и ответный рев толпы.
Минут через десять, Егор схватил меня за локоть и потянул в сторону.
— Что?
— Тихо. Иди за мной и не говори имена наших жен, — попросил Егор.
— Почему? Что такого в имени Вера и Рапунцель? — удивился я. Меня тут же подхватили несколько десятков рук и понесли в сторону импровизированной сцены, скандируя «Вера! Мимра!»
— Егор! — кричал я, но возможности вырваться не было.
Я оказался поднятым над толпой, как какой-то вождь революции.
— Э-э, что говорить-то? — спросил людей внизу, а те снова начали скандировать свои лозунги.
Я не нашел ничего лучше, чем тоже заорать «Вера! Мымра! Рапунцель!»
Через час мы все сидели в полицейском участке. Егор рядом со мной.
— Все, теперь точно депортируют, — со вздохом сказал Егор.
— Вообще не понял, что произошло, - честно признался я.
— Тоже ни хрена не понял, но по ходу мы участвовали в несанкционированном митинге.
— А чего добивались? — заинтересовался я.
— Сам бы хотел знать, — печально вздохнул друг.
Еще через час мы все узнали, нам предъявили участие в митинге, подрыв национальной стабильности в стране, призыв к международной войне.
— Месье, вам грозит заключение под стражу, как международным террористам, — сурово доказывал нам господин в отличном костюме от Валентино, через переводчика.
— Мы просто шли мимо, — возмущался Егор.
— Вот, — указывает на экран господин, где видно, как меня поднимают на руках над толпой, и я вместе со всеми скандирую лозунги.
— Жесть, — говорю я, а Егор сердито смотрит на меня.
— Говорил же, пошли на выход, — укоризненно качает головой.
— Завтра вы будете депортированы из страны, с последующим запретом возвращаться сюда в ближайшие три года, также вы обязаны будете выплатить штраф за подстрекательство к войне, — перечисляет могущественный гражданин, — Ваши жены будут депортированы вместе с вами, — заканчивает он, и мы с Егором переглядываемся, довольно улыбаясь и потирая руки.
— Ах, как бы я хотел это видеть, — говорю Егору и тот кивает, тут же поворачиваясь к господину в костюме:
— Моя жена беременна, если хоть волос упадет с ее головы... — угрожает он представителю власти.
— Месье, мы будем довольно аккуратны, — успокаивает нас господин и выходит из комнаты, где нас допрашивали.
— Меня одно радует, — говорит Егор.
— Что?
— Обратно мы полетим вместе со своими женами, — довольно ухмыляется он, а я ржу, представляя ярость Марты.
Глава 43. Марта и Вера, террористки
Глава 43. Марта и Вера, террористки
Утром мы все же решаем поехать в Лувр. Времени до вылета у нас предостаточно, успеем все посмотреть и сразу на самолет. За ночь на улице плакатов стало намного больше, и Жаннин уже хмурилась, глядя на все это:
- Не пойму, что они хотят, - сердится она, поглядывая на очередного негра с надписью, теперь уже на английском языке без ошибок, - «Вера в мир» - читает она.
- Исправили надписи? – спрашивает Вера.
- Похоже, так, - соглашаюсь я, - Но не все, вот опять Рапунцель в марте. Если веру в мир я еще могу понять, то этот плакат вообще ни о чем. Жаннин, что для вас Рапунцель? Символ свободы?
- Да вроде нет, по крайней мере до вчерашнего дня не было, - удивляется Жаннин и паркуется на платной стоянке недалеко от Лувра.
Покупаем билеты и бродим по залу, рассматривая экспонаты.
- Марта, - дергает меня за руку Вера, называя мое имя почему-то шепотом.
- Что? - отвечаю ей так же.
- Тебе не кажется, что за нами следят? – тревожно шепчет Вера.
- Да брось, - громко отвечаю я и замолкаю, оглядываясь по сторонам.
Мне кажется или тут полно полицейских, которые просто толпятся вокруг нас, провожая зоркими взглядами.
- Это не за нами, - тут же говорю Вере.
- Я уже полчаса наблюдаю, они идут вокруг нас кольцом и перемещаются из зала в зал. Давай проверим, - Вера тянет меня на лестницу, и мы поднимаемся на другой этаж, где через пять минут оказываемся в таком же кольце.
- Пора валить, - говорит тихо Вера, и я киваю.
Красоты Лувра нас как-то уже не привлекают, нам кажется, что мы попали в какой-то фильм про шпионов. Причем шпионы здесь мы. Не знаю, чем вызван такой интерес к нашим персонам, но мы поспешно покидаем Лувр, выходим на площадь с большой стеклянной пирамидой.
- А это зачем здесь? – удивляюсь я, оглядывая ровный треугольник или как его обозвать.
- Потолок? – предполагает Вера, и мы с ней встаем рядом с высокими стеклянными стенами и заглядываем внутрь, вниз.
- Стоять! Руки на стену. Не двигаемся! – слышим за собой приятный мужской голос и недоуменно поворачиваемся. Напротив, нас стоит больше десятка полицейских с дубинками и как по команде, прячут их за свои спины.
- Бежим! – кричит Вера, подхватив меня за руку, и мы несемся, огибая толпу туристов.
Куда бежим, непонятно. Ориентир у нас был машинка Жаннин апельсинового цвета, но сейчас мы вышли с другой стороны и просто убегаем по широкой насыпной дорожке. Пробегаем мимо какой-то странной фигуры лежащей женщины и чуть притормаживаем, чтобы рассмотреть ее.
- Хрень какая-то, - выдает свой вердикт Вера, а я с ней соглашаюсь и правда хрень.
Бежим дальше и тут же попадаем в лапы симпатичных парней в полицейской форме.
- Здрасте, - выдаю я, сверкая самой лучезарной своей улыбкой.
- Хеллоу, - так же кивает им Вера, и мы мило расшаркиваемся друг перед другом. Они улыбаются нам, мы им тоже. Тяжело дышим, но идем бочком от них, продолжая строить глазки. Снова срываемся и бежим, куда глядят глаза.
- А что мы убегаем? – спрашиваю Веру, когда чуть замедляем свой бег.
- Не знаю, а че они? – отвечает подруга.
- И правда, - киваю ей, и мы делаем поворот за небольшой холм, где нас снова ждут.
- Черт, - выдыхаю шумно я, останавливаясь и склоняясь к своим коленкам, упираясь в них руками, - Эти не такие симпатичные.
- Ага, - соглашается Вера, - Я больше не побегу, давай узнаем, что им нужно и поедем в