Если у тебя начинает подгорать пониже латерального нерва, то в наших словах есть доля истины. Ибо до половинки в месяц ты не только бедный, ты ещё и носишь в голове чужие идеи, вообще не понимая, откуда они и что это такое.
Понимаем, что идея духовного поиска очень популярна у инфантилов — она же полностью оправдывает не-действие, скрывая нулевые результаты за высоким слогом. Это очень похоже на стартапера, который производит только имитацию бурной деятельности, не забывая об одновременном кэшауте и новых победных реляциях о том, что переговоры ведутся, поиски проходят успешно и вообще.
Нужна новая смузи-машина для повышения продуктивности работы офиса, и нужно всем купить новые макбуки, а то прошлогодние стартап делать зело мешают.
Но если на весь этот треш и угар посмотреть трезвым взглядом, то некоторые идеи по расовой чистоте прекращают быть совсем безумными. Давай поясним.
У нас есть простая концепция того, что человек в принципе может делать. Концепция трёх векторов развития, парадигм мышления, если угодно. Да, местами тебе может показаться, что это треугольник Карпмана, прошедший сквозь квантовую мультивселенную, но всё же погоди немного, мы постараемся тебе рассказать о нашем суровом взгляде на реальность со сталинским прищуром.
§1.1. Состояние войны
Война. Война никогда не меняется.
Fallout
Не будет большим преувеличением, если мы скажем, что воюют у нас практически все. И ладно бы, если бы война шла с терроризмом, но нет, это война с соседом за парковочное место, партизанская война с шефом, война с клиентами... И, что хуже всего, чаще всего это война с самим собой и своими ограничениями. Самый простой критерий военных действий между разными фракциями тараканов внутри черепа — это наличие большого количества врагов в реальной жизни.
Ну это когда правительство — враг, потому что не даёт бесплатных денег, а когда даёт, всё равно враг, потому что не тебе, когда клиенты — идиоты, потому что не понимают базовых вещей в твоей работе (а они и не должны, если честно), когда женщины — враги, потому что насосали не у тебя, когда мужчины — враги, просто потому что.
Для полноты картины представь себе бодипозитивную феминистку-веганку, «топящую» за ЛГБТ, китов, против второго закона Ньютона и ярого члена (или в её случае правильно сказать «ярой вагины», как ты думаешь?) «Общества по асфальтированию обратной стороны Млечного Пути».
Учитывая её невероятный набор убеждений, она может в любой момент реальности вести войну на тридцать два фронта, постоянно ощущая себя востребованной хотя бы в интернетах. У неё всегда есть дела, везде новый пикет в защиту униженных и оскорблённых. И вообще. Это очень напоминает операцию «Коттедж», когда американская армия с боями захватывала остров Кыска, потеряв сто человек убитыми и пару сотен ранеными, а армия Японии покинула остров за две недели до начала боевой операции армией США.
Тебе это кажется абсурдом? В истории были случаи, когда войны развязывались из-за ведра. Серьёзно. В боях за столь значимый трофей погибло две тысячи человек, и это было самое обычное ведро, а не какой-то там святой артефакт[1].
И всё это мы пишем для того, чтобы плавно перейти к войне человека с самим собой. Мы о тех самых эпических войнах со своей ленью, когда утром ты одерживаешь блестящую победу, но потом армия уходит отдыхать и диван наносит коварный удар под самые колени, забирая тебя в плен и лишая мотивации.
И есть главное наблюдение: больше всего значимых конфликтов именно у людей, которые по социальному статусу стоят совершенно не на вершине пирамиды. Люди наверху понимают, что если сегодня кто-то твой противник, то завтра он твой блестящий союзник. Если не понимаешь, посмотри сериал «Миллиарды», там совсем не о войне, как бы это ни было похоже на боевые действия.
История большой политики — это вообще череда альянсов одних стран с другими, и сегодня они враги, а завтра «бахаются в дёсны» с утра до вечера.
Люди обычные почти всегда находятся в состоянии войны. Они просто не понимают НЕПРОДУКТИВНОСТЬ этого состояния, потому что на войну они тратят все свои ресурсы, ибо всё для фронта, всё для победы, и да пребудет с ними Сила. Иногда рассказывают истории про Четвёртую войну за парковочное место, и рождаются мысли: если бы ты такие усилия потратил на профессиональный рост, то давно купил бы себе отличное место в паркинге. На машину же ты как-то заработать смог, да?
Самая злая истина тут даже не в том, что в войне с собой проигравший известен заранее. А в том, что ты сражаешься не с тем врагом. Если с той же яростью работать над своими убеждениями, качать вместо армий навыки и с той же изобретательностью работать над тем, как оптимизировать работу своей компании (на какой бы должности ты ни находился), победы тоже будут. Но победы, которые будут приносить тебе ресурсы, а не забирать последние силы.
Но враг хитёр и коварен, и, вместо того чтобы показаться тебе во всей красе, он использует Вытеснение и Переносы — двух из четырёх новых всадников твоего личного Армагеддона. Они всегда возглавят армии твоих тараканов и всегда укажут тебе нового страшного врага, победить которого надо даже ценой своего собственного ничтожества.
Именно такие вещи перерождаются в борьбу со страхом подхода к женщине, страхом успеха заключения крупных сделок, страхом публичных выступлений, страхом остаться без работы и прочими, и имя им — Легион. Но почему тебе надо бояться подходить к женщине? Она же обычно меньше тебя в два раза, и её единственное защитное оружие — слова, которые могут тебя обидеть только в том случае, когда ты незрел психологически. Взрослые люди умеют принимать отказ, незрелые устраивают из этого трагедию. Причём тебя этому в своё время научили.
Ведь дети не боятся ни к кому подходить, они просто видят цель — идут к цели — не видят препятствий. В какой момент в твоей голове сменилась парадигма игры в реальность на парадигму войны со своими убеждениями? Кто тебе внедрил мысль, что зарабатывать много денег — это плохо, спать с красивыми женщинами — ужасно, а жить для себя и своего удовольствия — это вообще фу-фу-фу? Почему ты не воевал с носителями этого бреда? Как ты допустил, чтобы твой разум был настолько исковеркан?
В нашей тренерской работе половина времени уходит на то, чтобы сдвинуть эти заржавевшие идеи и хотя бы