— Вот значит как. Не успел муж за порог выйти, как ты уже хвостом вертишь, — произнёс ехидно Миша, сверля взглядом меня, а не объект угрозы.
— У неё нет хвоста, — резко ответил Дарен. — Тина — достойная самка, так что проваливай отсюда, пока я добрый. — Он одной рукой откинул бывшего в сугроб у калитки и зарычал, обнажив клыки.
Это было последней каплей. Бывший, бросив на нас ненавидящий взгляд, процедил:
— Значит, я вам больше не нужен.
Я покачала головой, чувствуя, лёгкое объятие Криса.
— С нами Дарен, — еле слышно прошептал он, прижимаясь ко мне. Я обняла его в ответ, пытаясь поддержать его в такую минуту.
Дарен захлопнул входную дверь и развернулся к нам. Дым валил из его ноздрей, а огненные всполохи мелькали на коже.
— Спасибо, — прошептала я, стеклянными глазами глядя на дверь. Смогла бы я противостоять ему, если бы не было Дарена?
— Ты храбрая женщина, Тина. Но теперь у вас есть я. И буду защищать тебя и детёнышей до последнего вздоха. А теперь пойдёмте-ка познакомимся с Новым годом!
ГЛАВА 22
Тина
— Кто хочет десерт? — спросила я, разрезая шоколадный торт, украшенный шоколадными шишками и золотыми розами.
Дарен нерешительно смотрел на шоколадное лакомство, в то время как Крис облизывался.
Пока я разложила кусочки торта, в гостиной по телевизору пробили куранты, не разбудив Остина, который сладко посапывал в манеже.
— Мам! Полночь! — Крис радостно подсунул палочку с бенгальского огня к лицу Дарену. — Поджигай!
Тот, даже не спрашивая зачем, просто дыхнул огнём, отчего фитиль загорелся и звёздные искры посыпались на кухонный пол.
— С Новым годом! — прокричал Крис, вытягивая руку с огнём вперёд.
Я взяла свой и, вздохнув, подсунула его Дарену, который разливал напиток по бокалам, но он тут же оторвался и, взяв мою руку в свою, поднёс ко рту и осторожно подул на палочку.
— С Новым годом! — прошептала я, желая, чтобы этот момент никогда не заканчивался. — Под двенадцатый удар курантов нужно загадать желание.
— Ещё одна человеческая традиция? — Дарен улыбнулся и отпустил мою руку.
Я кивнула и успела загадать желание, прося, чтобы эта сказка никогда не заканчивалась. Первый раз за долгое время я чувствовала себя полноценно и счастливо. За что была очень благодарна Дарену. Даже если он скоро уйдёт, эта ночь останется со мной навсегда.
Поддавшись порыву, потянулась к щеке Дарена, но попала точно по его губам. Его руки и хвост нежно обняли меня, притягивая к себе, и его язык нежно скользнул по моей нижней губе.
— Мам! Вы целуетесь? — воскликнул Крис, посматривая на нас с подозрением.
Мои щёки предательски вспыхнули, и я отстранилась, пряча улыбку за почти догоревшим огоньком.
Мы посидели ещё какое-то время, но вот Крис зевнул, потом снова. Мне было так уютно и хорошо, что не хотелось, чтобы ночь заканчивалась. Я бросила взгляд на часы и сказала:
— Крис, пора спать.
— Спокойной ночи, мам. — Он подошёл ко мне и обнял, утыкаясь головой в моё плечо. — Спасибо тебе за всё.
— Сладких снов, сынок, — прошептала в его макушку. — Мне нужно перенести Остина в его кровать.
Пока я осторожно укладывала младшего на кровать, он продолжал сладко посапывать не просыпаясь. На цыпочках вышла из комнаты, прикрывая за собой дверь.
— Спит? — хриплый голос Дарена колючими мурашками прокатился по телу и вздрогнула от неожиданности. Нянь стоял в метре от меня, сложив руки на груди и опершись плечом на стену.
— Да, это была ночь полная впечатлений.
— Тина, тебе не кажется, что нам пора поговорить? — его взгляд, серьёзный и строгий, проникал прямиком в душу.
— О чём, Дарен, — нервно сглотнула.
— О нашем союзе. — Мне показалось, что я услышала напряжение в его голосе. — На кухне осталось то булькающее безалкогольное зелье, которое мы пили под бой курантов, или пойдём в моё логово?
— На кухню. Нам ещё надо прибрать посуду, — сказала я, отлипая от двери комнаты Остина.
Мы спускались в молчании, пока не зашли на кухню. Свет был выключен, только гирлянды давали освещение.
— Тина, твоя прекрасная посуда устойчива к обугливанию? — спросил он, указывая на терракотовые чашки с горячими закусками.
— Ты снова собираешься пожечь мою посуду?
Глаза Дарена загорелись, когда он бросил взгляд на меня и сделал шаг ко мне, забирая салатницу из рук и ставя её на стол с такой силой, что я слышала, как хрустнуло стекло. Но Дарен не дал мне сожалеть, прижав к себе.
— Принцесса, к тому времени, как мы закончим, наша еда остынет, — горячие губы Дарена накрыли мои, жадно целуя, даря наслаждение.
— Хорошо, — согласилась я, обвивая его шею руками, приняв решение и позволяя ему отнести меня в своё логово.
— Но прежде я бы хотел попросить.
— О чём?
— О Крисе.
Я вздохнула и тихо спросила:
— Ты думаешь, я с ним нянчусь?
— Я думаю, что ты прекрасная женщина, которая любит своего сына и никогда не захочет, чтобы ему было больно. На моей планете нас учат обращаться с кинжалами с детства, и с тех пор я всегда ношу их с собой.
— У тебя есть ножи? Где? Я не замечала их.
Дарен повернул локоть так, чтобы мне была видна внешняя сторона его предплечья, скреплённого ремешком, на котором висели миниатюрные кинжалы.
— Как только мы достигаем совершенства владения оружием, нас обучают боевым искусствам и ведению боя, — пока Дарен говорил, его хвост нежно поглаживал мои ноги.
— Я не могла раньше позволить себе оплачивать уроки. Плюс задержки на работе, а няни не хотели брать дополнительные обязанности, — прошептала, прикусывая губу.
— Теперь у тебя есть я, — ответил Дарен.
— Ты не можешь просто так расхаживать по кружкам. Кто-нибудь обязательно поднимет тревогу. Удивляюсь, что бывший не вызвал полицию. К тому же ты скоро улетишь.
— Я останусь, Тина, если ты разрешишь. Но Крису нужно твоё одобрение, ему очень важна твоя поддержка. Или, если он уступит и не последует за своей мечтой, он может впасть в депрессию. Физическое развитие очень важно для мужских особей, особенно в подростковом возрасте. Выбор в твоих руках.
Возможно, Дарен скоро улетит, но сейчас я была благодарна ему за беседу, поддержку и нежность. Оставшаяся часть ночи создана только для нас. А завтра будет новый день.
ГЛАВА 23
Тина
Наутро я проснулась быстрее Дарена. Осторожно выскользнула из его объятий и прокралась наверх, чтобы переодеться до того, как дети проснуться. А проснутся они очень рано, ведь сегодня