Она улыбается и поджимает губы, проверяя помаду. Затем смотрит на меня.
— Ладно, давай немного подправим твой макияж, а когда мы приедем, нам дадут платья. Пойдем заработаем эти деньги, дорогая!
Это куча денег всего за несколько часов работы. И я планирую трясти задницей за каждый доллар. Черт, мне стоило спросить, придется ли мне раздеваться.
Но имеет ли это значение?
Ради таких денег я сделаю все, что потребуется, потому что не каждый день тебе предлагают работу за две тысячи долларов.
ГЛАВА 5
Елена
— Подпиши. — говорит стоящая передо мной женщина с легким русским акцентом. Она ошеломляюще великолепна, выглядит как супермодель. На ней юбка-карандаш с разрезом сбоку, у нее фарфоровая кожа, которая могла бы дать фору фильмам о вампирах, и шелковистые рыжие волосы, собранные в идеальный пучок.
— Мне ведь не придется раздеваться до гола, правда? — спрашиваю я.
Она смотрит на меня, и ее изумрудные глаза кажутся знакомыми. Просто не могу вспомнить, где видела их раньше.
— Нет. Хотя, если хочешь, не стесняйся, — отвечает она, протягивая мне ручку.
— Меня устраивает, спасибо.
Беру ручку и подписываю соглашение о неразглашении, которое она мне вручила.
Темноволосый мужчина подходит к ней сзади и обнимает ее за талию, затем целует в шею. Отвожу взгляд, но быстро смотрю еще раз, не в силах оторваться от этой пары. Они грозные и сильные в прекрасном, но пугающем смысле. Обе руки мужчины забиты татуировками, а его глаза, представляющие собой интересную смесь синего и карего цветов, явно горят только для нее. И сейчас он выглядит как не более чем аксессуар этой женщины, поскольку она сосредоточена на том, чтобы расставить всех танцоров.
Джули уже ушла и начала переодеваться, очевидно, она уже была здесь раньше. Рыжеволосая русская передо мной сказала, что мой наряд в подсобке, но я не могу пройти дальше, пока не подпишу.
— Иди. — Она отмахивается от меня, словно я не более чем муха. Однако я чувствую спиной ее взгляд, когда ухожу. Толкаю дверь, но оглядываюсь через плечо. Поскольку я последняя из танцоров, пара остается в комнате наедине. Ее голова наклонена набок, давая мужчине лучший доступ к шее, но ее глаза все еще прикованы ко мне.
Как будто это ни хрена не жутко.
Глубоко вздохнув, иду в примерочную, где нахожу еще десять женщин, все в кожаных платьях. Очень эффектных платьях, хочу я вам сказать.
— Вот, — говорит Джули, хватая платье с вешалки и протягивая его мне. — Одевайся. Нам нужно быть там до прихода гостей.
Беру его и рассматриваю. Оно же явно выставит мою задницу напоказ, а учитывая, что я пышнее всех этих девушек, задницы будет весьма немало. Это не нагота... но что-то вроде нее?
— Как часто ты здесь? — спрашиваю я у Джули с любопытством, потому что все еще не совсем уверена, законно ли то, во что мы ввязываемся. Но если подписаны контракты, то, все законно, так ведь?
— Синита нашла мне эту работу примерно за месяц до того, как сбежала. — Джули пожимает плечами. — Она знала много подозрительных людей, но я ценю это. Знаешь, танцевать здесь время от времени помогает оплачивать все это.
Она проводит рукой по своему телу.
А, ну значит, незаконно.
— О ней спрашивал какой-то мужчина, — говорю я, пользуясь случаем, поскольку она упомянула Синиту.
— Да, она пользовалась популярностью у мужчин, — добавляет Джули, как будто это ничего не значит.
Изучаю ее, пока она надевает черный парик. Затем завязываю свои волосы и делаю то же самое. Мои голубые глаза резко контрастируют с черными волосами в зеркале.
— Ты что-нибудь слышала о ней? — спрашиваю я у Джули, прикалывая парик.
— Нет, она сбежала. Но такова уж Синита. Сбегает с мужчинами.
Она смеется, как будто это так нормально и вовсе не крик о помощи. Возможно, их дружба была не такой глубокой, как я думала.
— И ты не волнуешься за нее?
— Ты жила с ней. Ты волновалась? — спрашивает Джули в замешательстве.
— Для этого я не очень хорошо ее знала. Да и половину времени ее не было дома.
— Никто ее толком не знал. Синита приходила на репетиции и все такое, но очень редко зависала с нами. Ей всегда было куда-то нужно, или ее забирали разные парни.
Что ж, черт. Я думала, что она гораздо общительнее. Все на репетициях, казалось, любили ее, поэтому я думала, что ее дружба глубже, чем она была на самом деле.
Джули бросает взгляд на платье, которое я еще не надела. Все, кроме меня, одеты и готовы выйти. Встаю и быстро срываю с себя одежду, позволяя ей упасть на пол. Схватив кожаное нижнее белье, решаю оставить под ним стринги, так как не знаю, кто мог носить его до меня, но снимаю бюстгальтер.
Трудно не заметить, насколько другие женщины худее. В моей отрасли это норма, но я люблю свои изгибы. Мне не пришлось платить за свою задницу или сиськи. Я не осуждаю тех, кто их делает, просто у меня вышло все естественно.
Стоя в одних стрингах, слышу мужской голос, рычащий сквозь болтовню женщин. Бывает, что мужчины заходят в примерочные — некоторые из них парикмахеры, а другие даже делают макияж, но этот голос звучит ужасно знакомо.
Подняв глаза, вижу его. Руки в перчатках лежат на дверном косяке, когда он приказывает женщинам выйти, но его прищуренный зеленый взгляд устремлен на меня.
— Все вон. Сейчас же, — говорит Алек, и женщины быстро выходят. — Кроме тебя, — добавляет он, все еще глядя на меня.
— Э-э, увидимся там, Елена. — Джули обходит меня стороной.
Почему этот ублюдок здесь?
Поворачиваюсь так, чтобы он не мог больше меня видеть, пока я натягиваю кожаное нижнее белье, из которого торчит моя задница, затем надеваю платье с глубоким вырезом, подчеркивающим мое декольте. Одевшись, поворачиваюсь к Алеку как раз в тот момент, когда дверь щелкает и закрывается. Теперь мы здесь одни.
— Да это же мистер Хэппи, — саркастически говорю я. (Прим. пер. Mr. Happy — Мистер Хэппи любимый вечно улыбающийся персонаж из серии книг «Mr. Men», внешне круглый, желтый, с маленькими ножками, неизменно жизнерадостный, добродушный, стремится дарить счастье всем вокруг.)
— Уходи, — говорит он.
— Извини, что? Ты не можешь указывать