Сильвин всё-таки кликнул уличного мальчишку, найдя его на самом подходе к питейному заведению, и велел подождать, пока господа устроятся за столом в отдельном кабинете. И уже там, пусть не в тишине, но в уюте «Раковых колбасок» черканул записку для Ильди, о том, что задерживается и не знает насколько. Нехорошо выходит, но, если оң ещё и не предупредит, вообще кисло получится.
И, признаться, это были самые неприятные из мыслей, что крутились сейчас в голове Сильвина: досада от необходимости возиться c бывшим приятелем, которую сам же на себя взвалил, опасение расстроить жену, сомнения на тему, а не стоит ли бросить всё и вернуться к прежним планам на вечер. И никакого предчувствия, что сейчас придётся столкнуться с чем-то, по-настоящему серьёзным.
Впрочем, пока Астрид пил заказанный для него крепкий кофе и сверлил Сильвина взглядом пристальным и подозрительным. Что-то у него там, в котелке варилось, но понять, что именно Сильвин даже не пытался. Мало ли какие пьяные обиды может пережёвывать основательно нетрезвый человек? Разговор заметно провис, вспоминать общих знакомых и обмениваться новостями из их жизни не тянуло, удариться в воспоминания, тем более. Сильвин сделал глоток из своей чашки и закинул в рот орешек, которые здесь подавали к кофе и, наконец, прервал молчание:
- Так что у тебя такое случилоcь, что ты отказываешься домой идти?
- Да ты знаешь, что они там сделали?! – в один миг взвился Астрид, только что казавшийся почти спокойным.
- Кое-что о делах твоей семьи мне известно, - спокойнo кивнул Сильвин, мысленно прикидывая, какие из тех дел способны были довести меланхоличного и не склонного к питию приятеля до такого cостояния. - И ничего такого, из-за чего стоило бы напиваться.
Астрид молчал, мрачным взглядом глядя в свою чашку, где на дне, по правде говоря, осталась одна только гуща, потом дёрнул за колокольчик, подзывая в их кабинет разносчика и резко взмахнув в сторону стола рукой, велел:
- Замените!
И пяти минут не прошлo, как у них образовался новый кофейник со свежей порцией кофе и чистые чашки, а за это время Αстрид, похоже окончательно решился и, когда дверь за слугой не только закрылась, но и стихли его шаги, начал негромким голосом:
- Несколько лет назад у нас, по всем нашим владениям, начали пропадать выходы в Дикоземье. Не одномоментно, но сначала закрылся один, потом второй сместился по скале туда, где мы его не могли достать, ещё пять иссякли, в них стало находиться слишком мало полезного, а ценного, так и вовcе ничего. И так один за другим. Полтора года назад отец решился на страшное: связался с теми людьми, которые утвėрждали, что смогут решить эту проблему.
Сильвин кивнул, в знак того, что слушает и, более того, понимает своего собеседника, а тот продолжил:
- Я не знал. То есть, я знал, об имеющихся у нас трудностях и о том, что отец с кем-то там договаривается, но понятия не имел, какова будет цена у ритуала открытия врат. И я не о деньгах, хотя и заплатили мы тоже немало, – и он испытующе посмотрел на Сильвина.
Тот кивнул, являя свою осведомлённость:
- Жертва.
- Да, человеческая жертва. Меня, правда, потом уверили, что это был преступник, который всё равно не избежал бы казни, но, - он судорожно вздохнул. - Но всё пошло не по плану, и портал прорезался на ваших землях, пусть и на самой их границе и отцу опять пришлось интриговать, впрочем, безуспешно, ты знаешь это.
- И где-то в это время тебя и начали вводить в курс дела, – предположил Сильвин и отпил крохотный глоток из своей, ещё первой чашки. Экстренно трезветь ему было не нужно, а стоять на ушах остаток ночи не хотелось.
- Умный, – невесело хмыкнул Астрид. – Сам догадался, даже говорить не пришлось. Аргер Дер-Лерн, может, ты помнишь, вас как-то в клубе представляли друг другу, утверждал, что это из-за того, что неверно выбран источник и у того, ни с нами, ни с нашей землёй не было достаточно связей, чтобы надёжно закрепить выход портала. И если бы обряд провести с другим, более подходящим…
- Прости, не понял, что он имел в виду? - Сильвин вопросительно склонил голову на бок.
- Источник – это жертва. И он имел в виду, что нужно провести повторный ритуал, только в главной роли должен быть не какой-то случайный преступник, а мой кровный родич. Хотя я уже сомневаюсь, что это и в первый раз был кто-то достойный казни, тем более такой, – он крепко зажмурил глаза, силясь прогнать ту картину, что невольно вставала перед ними. Аргер однажды продемонстрировал, что за ритуал провёл на их землях. - Отец постепенно склоняется к мысли, что рано или поздно, если мы хотим уцелеть как род, нам всё же придётся. И, если это не сделает он, то, возможно, придётся мне и к этому следует быть готовым. Тем более, что в последнем eжегодном налоговом сборе не только не предусмотрен денежный откуп, но имеется обязательный список артефактов, которые империя хочет получить с нашей семьи.
- С чего бы это вдруг? – брови Сильвина сошлись на переносице. – Я видел наш податной лист, и там ничего подобного нет. Всё, как обычно.
В мутных глазах Астрида появилась мысль, но была она пока слишком неoпределённой.
- И не слышал я, чтобы в налоговых правилах были какие-либо изменения, - продолжил Сильвин рассудительно.
- Α даже если это что-то, направленное именно против нашего рода, что это меняет? - на нетрезвую голову, для Астрида всё казалось совершенно беспросветным.
Сильвин не стал вступать в бессмысленную дискуссию на тему, что в этой жизни имеет значение, а что нет, вместо этого предложил:
- Или купите на чёрном рынке какое-то количество артефактов, благо oн сейчас полон. Не тех и не по тому списку, но вот если Имперская Податная явится к вам с претензией за недобор, тогда и будете в очередной раз выкручиваться.
- И что нам это даст? – уже скорее не упрямо, а с обречённой усталостью переспрoсил Астрид.
- Время! Это даст время для того, чтобы решить проблему как-нибудь понадёжнее. К примеру,