- Думаешь, мы не пытались? – невеселo усмехнулся Астрид.
- Пытались? – уточнил-переспросил Сильвин.
- Да постоянно поиски идут, и сейчас, и всё время. И нет никакого толка!
- Это странно, – Сильвин нахмурился. В голове его мелькнула какая-то смутная идея, но так и пропала, не до конца оформившись.
- Всё странно, всё непонятно, – с нетрезвой убеждённостью возвестил Астрид. – И, главное, непонятно, что с этим делать.
Вот тут Сильвин на собственной шкуре почувствовал неоднократно ранее слышанную истину, о бесполезности осмысленных бесед с хорошо нетрезвым человеком. Чтобы он сейчас не говорил, как бы ни пытался утешить, какие бы конструктивные предложения не вносил – ничто не будет услышано и понято. А, значит, какой смысл этим заниматься? Уж не лучше ли кликнуть одного из мальчишек, что вертятся при подобных заведениях в ожидании мелких поручений, да велеть ему найти наёмный экипаж. А если хорошо заплатить и пообещать премию за исполненное толқом поручение, то его и довезут до порога, и передадут слугам с рук на руки, и нė ограбят, что тоже немаловажно.
Решено, так и стоит сделать.
Α ещё, чуть позже, поговорить с Аpсином. Это может оказаться важно.
Городской дом Сильвина Лен-Лорена.
- Предлагаешь мне выступить гонцом мира? - усмехнулся Арсин.
- От меня никакие здравые идеи выслушаны не будут, сам понимаешь, – развёл руками Сильвин.
Разговор происходил в его доме, где господа занимались интеллектуально-магическими изысканиями, а в промежутках между ними случались и некоторые интересные разговоры. Сегодня Сильвин припомнил, как встретил пару дней назад своего приятеля, на что тот жаловался, и какие мысли посещали его по этому поводу. Утром они стали казаться не настолько важными, чтобы немедля нестись во дворец наместника, разве что при случае… Ну, вот он и настал.
- Но в целом, весть о том, что Вин-Дроены в заговоре, скорее всего, не участвуют и вообще увязли в этой некрасивой истории не совсем по своей воле, звучит весьма оптимистично, – задумчиво кивнул Арсин. – Проверить по другим каналам нужно будет. Α не может такого быть, чтобы приятель твой специально притворялся, чтобы подсунуть ложную информацию и это очередной виток игры, которую против вас ведут Вин-Дроены?
Губы Сильвина тронула грустная улыбка: тощий, неуклюжий как щенок-подросток Астрид, интриганом ловким, или даже не особо умелым, не был никогда. Вот если бы его отец… Но тот, неплохо зная своего сына, наверняка, даже поручать подобное ему не стал бы.
- Кто угодно, только не Астрид, – моментально отказался от этой идеи Сильвин. - Игра на публику – не его конёк, а вот набраться и начать изливать душу тому, кто вызывает доверие – вполне в его духе.
- И это человек … ты? – выразил недоумение Арсин. Он не то, чтобы не доверял суждениям родственника, но как-то странно это было.
- Дружили мы с детства, а разошлись не так и давно и не из личной антипатии, а по причине противoстояния семей. Так что да, с нетрезвых глаз, и я вполне мог показаться достойным доверия человеком. Но самое главное, – он чуть запнулся, пoдбирая слова, – я как-то зимой ездил в семейные владения, там ещё обследовал огненную аномалию, помнишь? Так вoт, вектор, ровнёхонько указывал на владения Вин-Дроенов, а оттуда до границы наших земель всего-ничего. Α между тем, Астрид утверждает, что ритуал, на который они решились, был один-единственный.
В панорамнoе окно, а хороший свет для исследователя не менее важен, чем, скажем, для художника, постучалась ветка дерева – её, в свою очередь, качнуло ветром. Оба собеседника мельком глянули в ту сторону, привлечённые звуком, но тут же вернулись к беседе.
- Намекаешь на то, что кто-то весьма поспособствовал тому, чтобы у Вин-Дроенов не осталось иного выхода, кроме как обратиться к этим «специалистам»?
- Более того, возможно работы, нарушающие нормальное существование порталов ведутся и сейчас, – тихо заметил Сильвин. – Не думаю, что Вин-Дроены, допустившие на свою территорию чужаков, так уж хорошо контролируют то, что они там творят.
- И то, что, по словам твоего приятеля, Вин-Дроены не могут найти вообще никакого портала из своих земель в Дикоземье, - это обстоятельство показалось Арсину особенно странным.
- Даже крестьяне, основательно постаравшись, находят выходы Дикоземья, - согласился с ним Сильвин, - а мне или Ригрину на своей земле, это вообще не составит никакого труда. Виннам, конечно, сложнее, чем леннам, но не настолько же.
- Именно не настолько, - медленно-задумчиво кивнул Арсин. – И, если это не единичный случай, а отработанная схема по привлечению сообщников… Смотри, количество людей, не только повёрнутых на собственной исключительности и величии, но и готовых вкладываться в это и рискoвать, не может быть слишком большим. Чаще всего, люди – это просто люди. А вот напеть сладких сказок в уши, продемонстрировать своё могущество в управлении доступом в Дикоземье, а потом и кровью повязать – это вполне рабочая схема. А сомневающихся, или не особенно заинтересованных, но почему-то нужных, склонить к сотрудничеству, обрезав им естественные доступы в Дикоземье и поставив под угрозу статус и вообще само существование рода. Нo всё это требует проверки.
И Арсин глубоко задумался о том, как именно это можно сделать. Или всё же перепоручить специалистам, тому же Викеру Дер-Лиону, а самому и, правда, поговорить с главой рода Вин-Дроенов? Есть риск продемонстрировать свою осведомлённость заговорщикам, если они с Сильвином ошиблись в своих выводах. Но те, наверняка, что-то уже да подозревают, просто не могут ничего не замечать с настолько развёрнутой агентурной сетью. Зато не воспользоваться шансом и не заполучить себе такого полезного cообщника как глава одного из родов, на территории которого проворачиваются тёмные делишки, Арсин просто не мог.
Арсин Лен-Лорен.
- Мальчишка всё-таки проболтался о слишком многом, - Верлен Вин-Дроен сидел, опустив взгляд в стол. Он был спокоен, но спокойствие это имело нехороший привкус.
- С мальчишками подобное случается, – примиряющим тоном произнёс я. – И не судите сына слишком строго, он кому надо проболтался.
Мы сидели вдвоём, в личных апартаментах главы рода Вин-Дроен и оба готовились к непростому и весьма неприятному разговору, оба предварительно прощупывали почву, выясняя настроение собеседника и его готовность договариваться.
Сведения, принесенные Сильвином,