— Ты победила во всём, Соня. В войне, в битве за своё место в этом мире, в битве за моё сердце. Я твой трофей. Гордый, чешуйчатый, с крыльями.
Я рассмеялась.
— Кстати, о крыльях. Позволишь полетать на твоем драконе?
Он вытаращил глаза.
— Ты серьёзно? Я, между прочим, не ездовая собака, чтобы на мне кататься!
— А я и не прошу кататься, — невинно захлопала ресницами. — Я прошу показать мир с высоты. Всего один разочек. Ну пожалуйста, Рафаэль!!!
Он смотрел на меня долго, с притворной суровостью, а потом вздохнул и сдался.
— Ладно. Но только один полёт. И чтобы никаких «иго-го» и щипания за бока.
— Договорились!
***
Мы взлетели на закате. Он обернулся драконом — огромным, изумрудным, с переливающейся чешуёй и глазами, горящими зелёным огнём. Я устроилась на его широкой спине, вцепилась пальцами в чешуйчатые гребни, и мир под нами поплыл вниз.
Ветер хлестал по лицу, волосы развевались, сердце ухнуло куда-то в пятки, а потом — замерло от восторга. Дворцы, сады, реки, леса — всё это было таким маленьким, игрушечным, нереальным. А вдалеке, на горизонте, золотилось солнце, окрашивая облака в розовый и алый.
— Красота! — закричала я, не в силах сдержать восторг. — Боже, я лечу, как птица!
Рафаэль издал низкий, довольный рык. Его крылья мерно разрезали воздух, и с каждым взмахом мы поднимались всё выше.
— Спасибо тебе! — крикнула я, наклоняясь вперёд, к его огромной голове. — За этот мир. За этот полёт. За то, что ты есть.
Он не ответил. Но я почувствовала, как его тело подо мной дрогнуло, как чешуя стала теплее, а сердце — огромное, драконье сердце — забилось чаще.
Мы летели над королевством, которое теперь принадлежало нам. Над миром, в котором мы нашли друг друга. Над судьбой, которую мы переписали заново — не кровью и болью, а любовью и надеждой.
Внизу зажигались огни. Нас ждал дворец. Ждали дела, заботы, новые вызовы. Но сейчас — был только этот миг. Только ветер, только небо, только мы.
— Я люблю тебя, Рафаэль! — крикнула я, чтобы он услышал.
Он резко спикировал вниз, а потом взмыл вверх, выписывая в воздухе замысловатую петлю. Я завизжала от восторга, вцепившись в его спину мёртвой хваткой.
— Я тебя тоже! — раздался в моем разуме его голос: похоже, мы действительно иногда могли общаться без слов, как единое целое.
И полетели дальше. В закат. В новую жизнь…
КОНЕЦ