— Вот это хорошая новость! Учись, Макс! — обрадовалась Нина Владимировна.
— Вообще я это же и хотел рассказать, но вы меня опередили, — набычился Ключников.
— Так надо рассказывать, а не комедию ломать, — одёрнула его старшая целительница. — Стажёры, идите по очереди, а потом с младших целителей начнём. И давайте быстрее, а то сейчас вся больница ломанётся. Перед праздниками деньги всем нужны. Тем более, когда в доме ни копейки.
Когда пришла моя очередь получать зарплату, я отправился в бухгалтерию и оценил организованность. Никаких бессмысленных очередей. Передо мной был всего один человек, и тот справился быстрее, чем я успел разобраться что к чему. А через пару минут и я стал счастливым обладателем крупной суммы. Всё-таки, когда в кошельке лежит чуть больше ста тысяч, чувствуешь себя намного увереннее.
В преддверии Нового года девчонки принялись украшать отделение, а Варвара Семёновна пообещала устроить праздничный ужин для всех пациентов и сотрудников, которые будут на дежурстве в новогоднюю ночь.
— Вы только меню согласуйте со старшим целителем, — попросил Радимов. — У нас есть пациенты с особыми требованиями к питанию, не хотелось бы перечеркнуть свои труды.
— Егор Алексеевич, а можно мне домой? — заканючил Севидов, лежавший в отделении после полостной операции. — Новый год всё-таки на носу, а мне заметно полегчало. Со дня на день должны выписать, но праздник всё равно проведу не с семьёй, а в больнице.
— А кто я такой, чтобы решать подобные вопросы? — удивился Радимов. — У вас есть старший целитель, который заступает в ночное дежурство. Если Вера Михайловна отпустит, можете идти. Но для начала напишите заявление, что берёте на себя ответственность за своё состояние, обязуетесь никуда не влезать, придерживаться рекомендаций, и быть в больнице к пересменке.
— Спасибо! — просиял мужчина. — Вот сюрприз дома будет!
Севидов умчался, а мы проводили его взглядом. Сегодня он будет праздновать с семьёй, а многим из целителей такая роскошь была недоступна.
В этом году нам с Лерой выпало дневное дежурство перед Новым годом. Мы должны были освободиться в восемь часов вечера и тут появлялся главный вопрос: с кем встречать праздник? У обоих родители не смогут приехать, поэтому можно встречать его вдвоём дома, либо спешить в частный кабинет, где нас дожидались Тихомирова, Мокроусов, Ключников и Родионов. Но был и третий вариант.
— А давайте встретим в общем зале больницы? — предложил Радимов. — Знаю, вам бы не хотелось праздновать на рабочем месте, но зато соберутся все, кто за это время стал маленькой семьёй.
— Идея заманчивая, но где заказать еду? Сейчас все кафе завалены заказами, — огорчился Макс. — Нужно было заранее заказывать.
— Заранее мы никак не могли оформить заказ, потому как у нас денег не было. И никто не знал когда они появятся, — парировала Нина Владимировна.
— А давайте сами приготовим! — оживилась Уля. — Да, в магазинах сейчас очереди будут, потому как всем задолженность отдали, но мы отправим мальчишек, а готовить будем по очереди. Сначала займутся те, кому ещё рано на дежурство, а после восьми подхватим и мы.
— Отличная идея!
На общий стол скинулись двенадцать человек: Егор Алексеевич и Ирина Николаевна, Метлинская, Есения — подруга Леры, с которой она пришла на первую встречу, мы с Лерой, Тихомирова, Мокроусов, Ключников, Анисимов, Паша и Таня Жилины. Чуть позже к нам присоединились Сарычева, Семёнов и ещё шесть человек с приёмного и инфекционного отделений.
— Удаловой не будет, они с мужем едут на какой-то банкет для знати, — объявил заведующий. — Так что можем спокойно отдыхать. Но я всё равно попрошу вас оставить зал в приличном виде, чтобы на следующий день не было неприятных сюрпризов.
— Егор Алексеевич, обижаете! Мы же не подростки, которые собрались на квартире, пока родители одного из друзей в отъезде, — отозвался Ключников.
— В том и дело, Макс. Вы иногда хуже подростков, поэтому предупредить не будет лишним.
За покупками отправились Ключников и Анисимов. А чтобы парни не накупили ерунды, для контроля с ними отправили стажёрку из детского отделения. Есению Чудинову, ту самую девчонку, которая приходила с Лерой на нашу первую прогулку.
Они вернулись только через полтора часа. Отдуваясь, парни прошествовали с полными пакетами на пищеблок, где к Варваре Семёновне присоединились девушки с четвёртой бригады.
— Если бы не Есения, мы бы ещё час там проторчали, — сетовал Родион. — А так я занял очередь, а она быстро нашла всё, что нужно для праздничного стола.
— А мне пришлось тележку таскать по всему магазину, — нашёл время пожаловаться Макс.
— Тебе полезно будет, — заметила Уля. — Чем больше энергии ты тратишь на полезные дела, тем меньше глупостей творишь.
— Людей — тьма! — сменил тему Ключников. — Невозможно разминуться. Такое впечатление, что все кинулись за покупками. Полки пустеют, потому как продукты сметают впрок, люди запускают сплетни о голоде, оттого покупают ещё больше товаров.
— А цены какие? — поддержал его Анисимов.
— Растут на глазах! — подскочил с места Макс.
Родион доказывал, что лично видел как ценник на десяток яиц вырос с восьмидесяти девяти рублей до ста двенадцати, а Ключников клялся, что на одной из витрин видел цену в сто тридцать два рубля. Понятно, что под Новый год цены выросли, а тут ещё и зарплаты дали, и люди хлынули в магазины, чтобы купить чего-нибудь к праздничному столу. Из-за этого многие продавцы меняли цены на товары на ходу, а где-то из-за дефицита ценники достигли просто немыслимых значений.
Уверен, после праздников уполномоченные службы займутся проверками, а пока торгаши фиксировали рекордную прибыль.
— На рыбу и мясо вообще смотреть страшно, там всё больше тысячи, — продолжал докладывать Анисимов.
— Вам хоть хватило денег? — заволновалась Сарычева.
— Ещё тысяча семьсот осталась, — гордо заявил Ключников.
— Оставьте себе, как копытные, — решил Радимов.
— Погодите, а солёные огурцы купили? — насторожилась Нина Владимировна.
— Так разобрали все, — развёл руками Макс.
— И как мне прикажете салат делать? — казалось, старшая целительница разозлилась сильнее, чем из-за рядовой выходки Ключникова, и готова была отправить его на поиски солёных огурцов.
— О, вижу, я вовремя! — обрадовался Семёнов, заглянув в отделение. — А я из дому огурчиков