– Помог тебе мой талисман?
Лусы обернулась и узнала чумазого мальчишку. В прошлый раз она приняла его за местного ребенка, но сейчас ясно видела, что это даже не человек. Впрочем, «видела» – не самое удачное слово. Знала? Ощущала? От мальчика исходила сила, с которой прежде Лусы не доводилось сталкиваться. Она была сравнима с тем, что излучала Невеста, а может, и превосходила ту.
– Ты призрак? – спросила Лусы.
Мальчик пожал плечами:
– А это имеет значение? Куда ты идешь?
– Поговорить со старейшиной.
Мальчик хмыкнул:
– Гиблое дело. Ничего не выйдет. Она не станет тебя слушать. Она, как и все Цины, никого не слушает.
– И все-таки, – решила Лусы, – я попытаюсь.
Мальчик сощурился:
– Камень, который я дал. В твоем кармане. Держись за него крепче.
– Кто ты такой? – спросила Лусы, ощутив легкий страх. Это существо… оно не было человеком, должно быть, никогда.
– А какое это имеет значение? – повторил мальчик. – Иди, куда шла. Я тебя запомнил.
Обещанием это прозвучало или угрозой, Лусы решить не смогла, но все равно ощутила новый приступ страха. Поворачиваться к мальчику спиной не хотелось, и она попятилась, но стоило только моргнуть, он пропал. Лусы сунула руку в карман. Камешек с отверстием действительно лежал там, хотя давным-давно должен был потеряться.
– Кто ты такой… – пробормотала Лусы, но, конечно, не дождалась ответа. Крепче стиснув камень, который странным образом придавал ей уверенности в себе, хотя его даритель и напугал до чертиков, Лусы пошла дальше, в сторону Длинного дома, зловещего сердца деревни.
Люди, встречавшиеся ей по пути, старались держаться в стороне, словно боялись связываться. Должно быть, так тут относились к чужакам на самом деле, и теперь просто спали маски показного дружелюбия. Но, во всяком случае, ее не останавливали, и до Длинного дома Лусы дошла беспрепятственно.
Возле его ворот уже привычно пахло камфорой и благовониями. Эти пряные ароматы перебивали обычные для Цинтай запахи сырости, плесени, гнилого дерева и влажного камня, и от них немного кружилась голова. Лусы моргнула, сунула руку в карман и нащупала сперва камешек с дыркой, а затем мягкую полоску бумаги – амулет, оставленный прадедом. Лусы не умела подобным пользоваться, все еще не до конца верила, но ей сразу же стало спокойнее. Вдохнув поглубже, она потянула дверь на себя. Та поддалась. Но не успела Лусы сделать несколько шагов, как дорогу ей преградила служанка, одетая, как и большинство жителей деревни, весьма старомодно. Вот только на запястье у нее был застегнут дорогой фитнес-браслет. Зачем, интересно, если сеть здесь не ловит?
Лусы тряхнула головой, избавляясь от лишних, ненужных мыслей, и сказала твердо и уверенно:
– Мне нужно увидеться со старейшиной.
– Госпожа не принимает.
Сказано это было таким тоном, словно речь шла об императрице.
– Меня примет. Я хочу поговорить о Невесте.
Следовало бы, конечно, заполучить какое-то доказательство своих слов. Сорвать тогда с Невесты покрывало? Но Лусы даже не была уверена, что алая ткань не растает на солнце, как туман. Впрочем, и слов хватило, они были словно пароль. Служанка побледнела, попятилась, а потом закивала быстро-быстро, как болванчик, глядя куда-то Лусы за спину. Лусы обернулась. Никого.
– Следуйте за мной, госпожа.
Госпожа? Как тон-то переменился. Лусы на всякий случай еще раз обернулась через плечо, гадая, не стоит ли там, скажем, Невеста, но зал был пуст. Только дым от курильниц клубился, принимая порой причудливые очертания. Что в нем увидела служанка, так и осталось загадкой.
Шли они довольно долго, дом оказался настоящим лабиринтом комнат, коридоров и внутренних дворов. Показалось даже, что внутри он значительно больше, чем должен быть. Наконец служанка отодвинула в сторону дверь и посторонилась почтительно.
– Старейшина, к вам гостья.
Лусы шагнула в комнату, не сводя глаз со старейшины. Старуха стояла возле старинного лакового шкафа, выдвигая один ящик за другим. Внутри позванивали монеты. Лусы старалась не отвлекаться, старая ведьма была опасна, как гюрза, но все же краем глаза заметила множество дорогих вещей, наполняющих эту комнату.
– Снова ты? – От фальшивой любезности не осталось и следа.
Лусы предпочла сохранить вежливость.
– Доброе утро, госпожа Цин, – она даже поклонилась. – Сожалею, но вам не удалось убить меня.
Старуха безразлично пожала плечами:
– Этого следовало ожидать. Не так-то просто убить шаманку, даже сейчас, когда люди ни в грош свой дар не ставят. И чего же ты хочешь? Уйти, я полагаю?
Лусы кивнула:
– Вы совершенно правы, госпожа Цин.
Старуха оставила в покое монеты и повернулась, опираясь обеими руками на свою клюку. Вид она при этом имела мрачный, от которого делалось не по себе. Словно примерялась. Словно, как и Невеста, была людоедкой.
– Это невозможно. Никто не покидает Цинтай – таково правило. И бесполезно ныть и давать мне обещания. – Старуха, стоило только приоткрыть рот, вскинула руку. – Ты можешь сколько угодно говорить, что никому ничего не расскажешь. Я не верю тебе.
– И правильно, – кивнула Лусы. – Я бы молчать не стала. Но я предлагаю вам сделку.
– Ты себя воображаешь демоном, дитя? – Старейшина перебрала сложенные в ящике предметы и достала длинную трубку из бледно-зеленого нефрита. Спустя мгновение по комнате поплыл дым со странным, дурманным, сладковатым ароматом, от которого в носу засвербело и захотелось чихать. – У тебя, уж прости, не хватит ума для этого. Но я могу предложить тебе выбор. Ты нравишься моему внуку. Стань его женой, частью нашей семьи, и тебя оставят в живых.
Лусы поперхнулась смехом, когда поняла, что старуха говорит совершенно серьезно. Стать женой Цин Ченя? Стать частью семейства Цин? Открывшаяся на мгновение перспектива заставила содрогнуться от ужаса. Стать частью семьи, занятой грабежом и разбоями под прикрытием легенды о демоне; делить постель с убийцей, рожать ему детей, а однажды самой стать добычей чудовища или своих родственников? Отличный сюжет для романа, но плохой план для жизни.
– Нет, благодарю, – покачала головой Лусы. – Мне пока есть, что предложить вам. Ваш договор с Невестой может быть обойден, и вы обретете свободу. Отпустите меня, и я помогу найти лазейку. Один раз у меня это уже получилось, я умная.
Лусы сама не верила в то, что говорила, но суть ведь была не в правде и не в вере. Нужно было только убедить старую ведьму. А потом улизнуть, как только подвернется такая возможность, прихватив с собой Джэнис.
– Лазейку? – старуха хмыкнула. Поднесла медленно трубку